Шамони ты моя, Шамони ...

Ощущение, что о Шамони я знаю все, возникло еще до отъезда. Нет другого такого горнолыжного курорта, столь часто обсуждаемого в последнее время. В горнолыжной тусовке появились крупные специалисты по этому французскому местечку, которым известны даже такие незначительные, казалось бы, подробности: сколько в каком шамонийском продмаге стоит курица. Это полезная информация, потому что в Шамони удобнее и дешевле жить не в отеле, а в апартаментах. Практически все предварительные сведения о Шамони в моей поездке подтвердились, начиная с технологии бронирования апартаментов, проблем получения багажа во французском секторе женевского аэропорта, эйфории при спуске по 22-километровой Белой долине — и заканчивая особенностями трансфера с французской визой через швейцарскую территорию.   
Что было нового — мне посчастливилось стать свидетелем стажировки наших горнолыжных инструкторов в Шамони. Такое происходило впервые.

Если распределить российских горнолыжников по профессиям — или по образованию, — уверен, на первом месте окажутся те, кто связан с техникой, с наукой, с компьютерами. Я сам начинал кататься еще в той жизни — когда был научным работником и занимался модемами, когда были отпуска, больничные листы и масса свободного времени по субботам и воскресеньям. В этой-то жизни я встаю на лыжи в лучшем случае раз в год, и то под влиянием моего друга-академика-физтеховца-горнолыжного эксперта Володи Бриткова.

В прошлом году мы катались в Андорре, где вокруг русская речь, а в этом году отдали дань новой моде — забронировали апартаменты в самом центре Шамони. С моей кредитной карточки французы сняли депозит в 100 долларов, а всего за неделю проживания мы должны были заплатить по 280.   
Еще в Москве, одевшись потеплее, захватив факс из Шамони, подтверждающий факт бронирования, горнолыжную страховку, авиабилет и фотографию, около 10 утра я подошел к французскому посольству, и уже в час дня, отстояв несколько умеренных очередей, вышел из металлических ворот счастливый и с визой в кармане.

В Шереметьеве в очереди на регистрацию я встретил еще одного выпускника физтеха, Людвига Ремизова. Когда-то я учился кататься по книжкам, которые он перевел с французского и итальянского. А Ремизов утверждает, что учился фотографии по моим снимкам. Так что наше знакомство когда-то начиналось заочно.     
  Ремизов в горных лыжах — все равно, что Ландау в физике. Он создал свою школу, свою методику, свой стиль обучения горным лыжам. Его детище — Всероссийская ассоциация горнолыжных инструкторов (ВАГИ), он ее президент и директор Российской национальной горнолыжной школы. Ремизов, кажется, единственный человек из России, который официально работал инструктором на горнолыжных курортах Швейцарии, Франции, Андорры.

На этот раз он вез на двухнедельную стажировку в Шамони лучших инструкторов, которых собрал по всей России: Новосибирск, Хабаровск, Иркутск, Ангарск, Байкальск, Качканар, Сочи, Камчатка, Дальний Восток, Байкальск. Их принимала Национальная школа лыж и альпинизма Франции (ENSA), которая считается лучшей в мире. Представляете, экономные французы, ревностно оберегающие свои рабочие места, дали деньги на подготовку наших инструкторов! Организовать такую поездку мог только немыслимо энергичный Ремизов, он лично знал главных французских горнолыжных начальников и убедил их в необходимости такой гуманитарной акции. К этому событию, как он говорит, он шел с шестьдесят третьего года, когда начал профессионально заниматься горными лыжами.
  
Во Франции, чтобы работать горнолыжным инструктором, необходимо пройти обучение в ENSA (это государственный вуз) и сдать экзамены. Занятия длятся два семестра по пять недель каждый. Обычно на это уходит два сезона. Цена каждого семестра около полутора тысяч долларов. Есть и вступительный экзамен: требуется пройти трассу слалома-гиганта со временем, превышающим время открывающего не более чем на 20 процентов. А открывающий, между прочим, катается на уровне сборной Франции.   
  За отдельную плату в школе можно подготовиться к вступительному экзамену. Само собой, может получиться так: вы поступите в ENSA, заплатите деньги, пройдете полный курс обучения, но если не сдадите выпускные экзамены — инструкторскую лицензию не получите.

Некоторые французские инструктора за сезон зарабатывают более $30.000, поэтому недостатка в абитуриентах нет. Двери школы открыты и для российских граждан. Приезжайте, сдавайте вступительный экзамен, платите деньги, учитесь. Во Франции есть потребность в инструкторах, владеющих одновременно русским и английским языками.

В России горнолыжные инструктора работают в основном с детьми и с начинающими, поэтому да еще по многим другим причинам их уровень ниже европейского.   
Во время двухнедельной стажировки ремизовской группы французы читали нашим лекции по организации горнолыжного обучения, по безопасности катания — и, конечно, учили на снегу тонкостям горнолыжной техники. В результате они поставили нашим стажерам достаточно высокие условные оценки (реальных оценок они не имели права ставить) по свободному катанию, катанию по целине и сноуборду. По их мнению, некоторые из наших молодых инструкторов вполне могли бы стать учениками ENSA и в недалекой перспективе зарабатывать по 200 долларов в день. Дело в том, что студенты ENSA во время своего обучения могут подрабатывать инструкторами «под руководством старших товарищей».

Ремизов пригласил меня поучаствовать в занятиях.

— Если будешь на спуске отставать от группы, мы, может быть, раза два тебя подождем, — успокоил он.     
Я воспользовался приглашением и могу похвастаться: поджидать меня не пришлось. Самое сильное впечатление я получил от спуска вне трассы. Как там поворачивать, черт его знает!   
  Жизнь в Шамони складывалась основательно. Апартаменты представляли собой небольшую двухкомнатную квартиру с полным набором утвари, но без постельного белья. Белье мы предусмотрительно привезли с собой. Мы сами готовили, покупали в соседнем гиперсупермаркете продукты, пиво и красное вино (в переводе по 20 рублей за бутылку). За неделю у нас ушло по 100 долларов на еду, 140 долларов стоил 6-дневный пропуск на подъемники. Из дома мы выходили прямо в горнолыжных ботинках. Автобус, бесплатно развозивший лыжников по зонам катания, останавливался совсем рядом. Возвращались домой часа в четыре — в полпятого. Примерно в это же время заканчивалась горячая вода в кране. Точнее, она заканчивалась в тот момент, когда намыливаешь голову. На завтрак у нас была яичница, на обед супчик и сосиски.

Вечернее общение с ремизовской командой за рюмкой чая, к сожалению, не носило регулярного характера, но было интересным и приятным еще и по причине замечательного исполнения под гитару «песен нашего века» директором горнолыжной школы в Крылатском Таней Косниковой. Если бы в Шамони провели конкурс «Самый симпатичный Инструктор», Татьяна, конечно, заняла бы первое место.

А вот на конкурсе «Миссис Инструктор» первое место заняла бы Саша Шишкова, которая привезла с собой 10-месячную дочку Варю, чтобы поставить ее на горные лыжи.   
…Ночью, часа в четыре, меня будили крики. Народ возвращался из ночных заведений. Как-то раз я высунулся из окна: молодой человек и девушка, одинаково одетые, гортанно орали друг на друга, она пыталась убежать, он ее не отпускал, они то дрались, то обнимались — ночная жизнь Шамони прошла мимо.
  
На каждом углу в Шамони продают открытки с обнаженными лыжницами. Реальные девушки на лыжах не производят столь яркого, открыточного впечатления — за исключением девушек российских. Здесь их явно недостаточно. Так считает Маша Полосухина, переводчик и специалист по налогообложению. В Шамони она занимается приемом, размещением и проводами наших туристов. Маша любезно согласилась позировать мне на склоне — она обладает внешностью фотомодели и первым разрядом по горным лыжам. Ей не раз, и отнюдь не соотечественники, прямо в автобусе предлагали выйти замуж. Пока что она от подобных предложений отказывается.

Накануне отъезда в Москву неслышно шел снег, шины машин пробуксовывали, ночью по склонам ползали огоньки — работали ратраки, а утром появилось солнце, и поэтому стало грустно.     
Французский коридор — это огороженная полуторакилометровая дорога с территории Франции прямо к стойкам регистрации женевского аэропорта. Попасть из Шамони в женевский аэропорт можно либо на такси    
  за 200 долларов,  либо заказав трансфер в отеле или турбюро, что будет сильно дешевле. Рейсовый автобус проходит через швейцарскую территорию вне французского коридора, поэтому с нашим паспортом без транзитной швейцарской визы им воспользоваться нельзя.

У стоек на регистрацию во французском секторе аэропорта стояли арабы, вылетающие в Каир, каждый с несколькими женами, все в белом, и загорелые россияне с рюкзаками и зачехленными лыжами, вылетающие в Москву. Никого больше. А в швейцарском секторе, где регистрируют большинство рейсов, как мне рассказали в самолете, было столпотворение. Вот видите, и в нашем с арабами положении, оказывается, есть свои преимущества.

21 февраля 2001 года

Источник: http://chamonix.newmail.ru